Активы Google на 115 млн евро арестовали в Бельгии по иску российской стороны
03.06.2026 10:51
На этом фоне бельгийский суд наложил арест на имущество Google Belgium на сумму 115 миллионов евро, что эквивалентно примерно 10 миллиардам рублей. Об этом сообщает газета «Ведомости» со ссылкой на источник, знакомый с ситуацией.
По данным, которыми располагает российская сторона, речь идет о дивидендах, которые, как установил суд в России, были выведены из компании незадолго до ее банкротства. В ООО «Гугл» считают, что такие действия могли быть направлены на уклонение от расчетов с кредиторами и иных обязательств перед ними. Именно поэтому компания пытается вернуть средства через судебные механизмы и добиться исполнения ранее вынесенных решений.Арест имущества Google Belgium носит обеспечительный характер. Такая мера позволяет сохранить активы до завершения спора и не допустить их возможного отчуждения. В компании рассчитывают, что это также снизит риск того, что бельгийское подразделение может быть подвергнуто банкротству или реструктуризации до окончания разбирательства, что могло бы осложнить дальнейшее взыскание средств.Ситуация показывает, что конфликт вокруг активов Google затрагивает не только российскую юрисдикцию, но и зарубежные структуры корпорации. Подобные процессы обычно сопровождаются длительными юридическими спорами, в которых стороны пытаются защитить свои интересы, сохранить имущество и обеспечить реальное исполнение судебных актов.Это дело выходит далеко за рамки обычного спора о банкротстве дочерней компании Google в России. Оно наглядно показывает, где проходят границы юридической и моральной ответственности международных корпораций, работающих на рынках разных государств, включая Россию, Францию и Бельгию. В подобных конфликтах особенно остро встает вопрос о том, может ли глобальная компания уклоняться от исполнения судебных решений, если ее активы находятся в нескольких юрисдикциях. Именно поэтому, по словам адвоката Майкла де Бука, представляющего интересы ООО «Гугл» в Бельгии, необходимо добиваться исполнения решения российского суда в любой стране, где удается обнаружить активы Google.По сути, этот спор стал лишь одной из частей более широких претензий российской стороны к Google. Помимо процедуры банкротства, рассматривается также вопрос об оспаривании вывода денежных средств из России после 2018 года. Как утверждается, речь идет о сумме, превышающей 160 миллиардов рублей, которая была получена в результате заключенных сделок. В связи с этим российская сторона настаивает на тщательной проверке финансовых операций и возможного перераспределения активов за рубежом.Таким образом, ситуация вокруг Google приобретает не только правовой, но и международный экономический характер. Она может создать важный прецедент для других транснациональных компаний, поскольку показывает, что деятельность в одной стране не освобождает от ответственности перед судами другой. Вопрос о том, где и каким образом будут исполняться судебные решения, остается одним из ключевых в этом деле.Переписанный текст:ООО «Гугл» предпринимает активные шаги, чтобы добиться признания и исполнения решений российских судов более чем в десяти странах мира. По сути, компания стремится выстроить международную правовую защиту своих интересов и оспорить последствия судебных актов, вынесенных в России, в иностранных юрисдикциях. Такая стратегия позволяет затянуть или усложнить процесс взыскания и одновременно проверить, насколько решения российских судов могут быть реализованы за рубежом.1 июня суд первой инстанции Мадрида подтвердил свою юрисдикцию для рассмотрения соответствующего заявления конкурсного управляющего российской компании. Это означает, что испанский суд признал за собой право изучить спор по существу, а значит, дело может получить дальнейшее развитие уже в рамках местного законодательства. Подобные решения нередко становятся важным этапом в международных корпоративных спорах, особенно когда речь идет о крупных суммах, аресте активов и трансграничном исполнении судебных актов.Кроме того, в ближайшее время суд Бельгии должен рассмотреть по существу требования ООО «Гугл». При этом Google International LLC и Google Belgium сохраняют возможность обжаловать арест своего имущества, если сочтут такие меры необоснованными или чрезмерными. Это делает процесс еще более сложным, поскольку каждая сторона пытается использовать доступные правовые механизмы для защиты своих интересов.Фактически финансовая деятельность компании в России была прекращена весной 2022 года. После этого российская структура американской корпорации инициировала процедуру банкротства в мае того же года. С тех пор спор вокруг активов, обязательств и исполнения судебных решений приобрел международный характер, затронув сразу несколько стран и правовых систем.В последние месяцы вокруг требований к зарубежной IT-корпорации снова разгорелось активное обсуждение. Российская сторона, как сообщалось ранее, намерена взыскать с американской компании почти 42 миллиарда рублей. Это заметное увеличение по сравнению с февральскими данными 2026 года, когда сумма претензий составляла около 26 миллиардов рублей. Такие изменения могут свидетельствовать о росте накопленных требований, дополнительных санкциях или пересмотре объема задолженности.В частности, речь идет о Google International LLC, которую уже не раз привлекали к ответственности за нарушения российского законодательства. Подобные штрафы и иные меры воздействия обычно связаны с несоблюдением требований регуляторов, вопросами удаления запрещенного контента или исполнением судебных решений. Для компании это означает не только финансовые потери, но и дальнейшее усиление давления со стороны надзорных органов.Кроме того, подобные споры нередко становятся частью более широкого конфликта между государственными требованиями и политикой международных цифровых платформ. В таких ситуациях значение имеют не только конкретные суммы взысканий, но и сам прецедент, который формирует подход к работе иностранных сервисов на российском рынке. На этом фоне история с многомиллиардными претензиями выглядит как продолжение длительного юридического противостояния, исход которого может оказаться принципиально важным для обеих сторон.